Ну когда же?

Перспективы открытого гражданского оборота пистолетов в России всегда оценивались скептически, однако сегодня можно говорить о перемене настроений. Весьма существенным аргументом в пользу «легалайза», как часто называют этот процесс, может стать активность производителей оружия, не желающих упускать крупный рынок в условиях сокращения государственного заказа. Об этой проблеме специально для ИА «Оружие России» рассказывает обозреватель РГРК «Голос России» Илья Крамник.


Активность оружейников растет – среди ее проявлений можно назвать начало сборки пистолетов «Глок» новой российской оружейной компанией «Орсис», выросший объем исследований возможных экономических последствий легализации пистолетов.

Наконец – расширившееся представительство производителей пистолетов, в том числе зарубежных, на российских оружейных выставках, в частности – на проходящем в Москве в эти дни форуме «Интерполитех-2012».

Например, можно отметить хорошую экспозицию «Беретты», в которой особо выделялась широко известная модель М9 в различных вариациях. Свои пистолеты активно выставляли и российские производители – но их активность уже стала традиционной.

Разумеется, еще шире было представлено и длинноствольное огнестрельное оружие различных производителей, от Ижмаша до того же «Орсиса» – демонстрировавшего свои новинки на «связанной» с «Интерполитехом» выставке «Оружие и охота 2012», но пистолетная экспозиция была интересна именно явной тенденцией к расширению.

При этом очевидно, что «государственный» рынок для импортеров практически закрыт – потребности Вооруженных сил и спецслужб сегодня успешно удовлетворяются имеющимися в производстве российскими образцами нового поколения.

Таким образом, эту активность, равно как и упомянутый выше запуск в производство «Глока» можно приписать только ожиданиям перемен на гражданском рынке оружия, сегодня жестко ограниченном «травматикой» и «длинностволом».

Практически все советское время производство пистолетов оставалось исключительно узконишевым занятием – в серии одновременно находилось считанное число моделей и еще более узкая номенклатура пистолетных боеприпасов.

Впрочем, в условиях огромных объемов производства «длинноствольной» стрелковки и других видов вооружения, это никого не волновало – пистолетов производилось столько, сколько их требовалось для ограниченного советского рынка, на экспорт, в отличие от того же автомата Калашникова, советские пистолеты поставлялись весьма ограниченно.

Более того, во многих случаях советские специальные подразделения получали на вооружение импортное короткоствольное оружие – как произведенное в странах социалистического блока, так и на Западе.

Резкое падение объемов военного производства после распада СССР, без преувеличения, ввергло заводы-производители стрелкового оружия в нищету. Характерными чертами ситуации стали многомесячные задержки зарплаты, ее мизерные (даже сейчас, в куда лучшей обстановке) размеры, и очень узкий по сравнению с США, обладающими сравнимыми мощностями по производству стрелкового оружия, гражданский рынок.

Жесткие ограничения на продажу оружия физлицам стали для заводов цепью, привязавшей их к почти отсутствующему государственному заказу и периодически пересыхающему ручейку экспортных контрактов на стрелковое оружие.

Последствия легализации оцениваются по-разному, но, прежде всего, необходимо иметь в виду следующее: возможный оборот соответствующих товаров и услуг в случае, если легализация состоится, оценивается во многие десятки миллиардов рублей ежегодно.

Такие объемы, сейчас проплывающие мимо банковских счетов производителей оружия и боеприпасов, а также потенциальных владельцев стрельбищ и тиров, способны обеспечить «короткоствольному лобби» куда более мощную поддержку, чем любые объединения граждан, защищающих свое право на свободное владение оружием.

При этом неясные экономические перспективы могут сыграть оружейникам на руку – в условиях необходимости сокращения бюджетных расходов государство вполне может дать право оружейникам зарабатывать самим – расширив гражданский оборот огнестрельного оружия. В качестве ожидаемого эффекта нужно отметить также и совершенствование отрасли.

Гражданский оборот нелетального (травматического) оружия, а также либерализация рынка длинноствола в 90-х годах прошлого века могут служить доказательством этого тезиса: за прошедшее время номенклатура соответствующих видов оружия, производимых в России, сильно расширилась, а качество продукции, хотя и не всегда достигает мировых стандартов – постепенно растет.

Резкий рост оборотов оружейных производств должен стать дополнительным катализатором этого процесса. Вопрос только в том, насколько экономические аргументы окажутся убедительными там, где юридические и социологические пока остаются бессильными.

По материалам http://www.arms-expo.ru

Читать еще

Добавить комментарий